После второй мировой войны концепция ТОС явилась высшим проявлением японской экономической дипломатии, пришедшей на смену дипломатии вооруженной силы. Эта мысль, витавшая в Японии уже с конца 50-х — начала 60-х годов, обрела относительно зримые очертания в трудах крупного японского ученого-экономиста Киёси Кодзима, пришедшего к выводу о том, что если объединить экономику стран западной части Тихого океана и Северной Америки, то в результате международного разделения труда все оказались бы в выигрыше. Однако идея К. Кодзима встретила весьма прохладный прием и подозрения за границей, да и сама Япония долгое время не была готова открыто выступить с пантихоокеанской инициативой.
   Лишь в конце 70-х годов японское правительство М. Охира пришло к выводу, что настала пора привести японское политическое влияние в мире в соответствие с завоеванными экономическимн позициями. Оно выдвинуло соответствующим образом модифицированную, обновленную и расширенную идею региональной интеграционной группировки, с которой М. Охира связал свою политическую судьбу премьер-министра. Он организовал специальную исследовательскую группу под руководством ведущего японского экономиста С. Окита и параллельно развернул дипломатическую подготовку за рубежом.
   В мае 1980 г. был готов заключительный доклад комиссии Охира—Окита, который и поныне представляет собой концепцию «сообщества» в наиболее развернутом виде. Так случилось, что этот документ был завершен перед самой кончиной премьер-министра, и поэтому был воспринят как его политическое завещание. В докладе декларировались идеи справедливости, равноправных отношений и открытости по отношению к внешнему миру, призванные затушевать чисто японские интересы, сквозь призму которых составлена концепция ТОС. Во всяком случае, доклад прозвучал заметно осторожнее, чем последующая трактовка тихоокеанской интеграции правящими кругами той же Японии и ряда других капиталистических стран.